Джаред Кушнер, зять Дональда Трампа и бывший старший советник Белого дома, используя своё положение в американской политике, наживается на связях с монархиями Персидского залива. По информации спецпрокурора Роберта Мюллера, Кушнер неоднократно получал деньги, используя служебное положение в Белом доме. В частности, в отношении Кушнера фигурируют как минимум два резонансных дела, связанных с компаниями: Kushner Companies и Affinity Partners, через которые Кушнер получал миллиарды долларов в качестве комиссионных от суверенных фондов Персидских монархий. Тем самым, Кушнер, действуя как их иностранный агент, спровоцировал конфликт интересов как представитель Белого дома на Ближнем Востоке при отстаивании позиций США.
В 2017 году, еще во время первого президентского срока Трампа, Кушнер пытался получить деньги от Катара на спасение проблемного семейного актива — небоскрёба 666 Fifth Avenue в Нью-Йорке. Однако Катар отказал зятю Трампа. После этого, как утверждали сенаторы-демократы Рон Уайден и Хоакин Кастро, Кушнер обратился за помощью к Трампу, чтобы тот оказал давление на Катар. Вскоре после этого администрация Трампа поддержала Саудовскую Аравию и ОАЭ в конфликте против Катара: Эр-Рияд, Абу-Даби и их союзники объявили Дохе блокаду, обвинив её в поддержке терроризма. Для Катара это означало разрыв дипломатических отношений, закрытие границ, транспортную изоляцию и давление со стороны соседних монархий. После давления со стороны администрации Трампа организация Кушнера «Kushner Companies» всё же получила от Катара около 1,1 млрд долларов. Однако давление на Катар продолжалось до января 2021 года и завершилось только в последние недели первого срока Трампа при посредничестве США.
После ухода Трампа из Белого дома Кушнер потерял официальную должность, но не доступ к ближневосточным элитам. Собрав вокруг себя команду бывших американских чиновников, включая людей с опытом работы в администрации Трампа и военных структурах США, Кушнер создал инвестиционную компанию «Affinity Partners», которая помогла легализовать финансовые транзакции от стран Персидского залива. Так, в 2021 Кушнер получил 2 млрд долларов на счет своей организации «Affinity Partners» от саудовского государственного фонда — «Public Investment Fund» (PIF), контролируемого наследным принцем Мухаммедом бин Салманом. Деньги были переданы лично принцем в обход инвестиционной комиссии PIF. Кушнера и принца Мухаммеда бин Салмана связывали личные отношения еще с периода работы Джареда в администрации Трампа. По данным СМИ, они общались напрямую и в неформальном стиле, а в 2017 году саудовская королевская семья подарила Кушнеру два меча и кинжал стоимостью почти 48 тыс. долларов.
В 2024 году Катар и ОАЭ инвестировали около 1,5 млрд долларов в фонд Джареда Кушнера «Affinity Partners» — незадолго до выборов, после которых Дональд Трамп вернулся в Белый дом на второй срок. Кушнер не получил официальной должности в новой администрации, однако всё равно сохранил доступ к ближневосточным переговорам и окружению Трампа.
19 марта 2026 года против Джареда Кушнера и его фонда «Affinity Partners» началось надзорное расследование. Его инициировали сенатор-демократ Рон Уайден и конгрессмен-демократ Роберт Гарсия: они потребовали объяснить, как Кушнер, не имея официальной должности в Белом доме, полномочий от Сената и дипломатического мандата, одновременно собирал деньги у ближневосточных правительств и участвовал в переговорах по внешней политике США. По словам Уайдена, Кушнер фактически находится «на зарплате» у Саудовской Аравии и других стран Персидского залива: к 2024 году их вложения в «Affinity Partners» не принесли дохода, зато сам фонд Кушнера получил миллионы долларов управленческих комиссий. Это была плата ближневосточных стран за доступ к семье Трампа, политические связи и влияние в Вашингтоне.
По данным Рона Уайдена и Роберта Гарсии, организация Кушнера «Affinity Partners» получила около 157 млн долларов комиссий от иностранных клиентов за 2021–2024 годы, включая 87 млн долларов от правительства Саудовской Аравии. За 2025 год компания могла получить ещё более 60 млн долларов комиссий, из них 39 млн долларов — от саудовского правительства.
Однако саудовских вложений Кушнеру было недостаточно: деньги в «Affinity Partners» поступали также из Катара и ОАЭ. По данным Reuters, одного из крупнейших международных информационных агентств Британии, эмиратские фонды вложили в «Affinity Partners» более 200 млн долларов. В 2024 году компания Кушнера привлекла ещё 1,5 млрд долларов от ближневосточных инвесторов, включая государственный инвестиционный фонд Катара — Qatar Investment Authority и инвестиционную компанию из Абу-Даби — Lunate. После этого активы «Affinity Partners» выросли на 60%: с 3 млрд до 4,8 млрд долларов.